Интересные заметки...

[Anomaly]

КОТ В САПОГАХ

- А еще меня уверяли, - сказал Кот в сапогах Великану, - но
этому-то я никак не могу поверить, - что вы будто бы умеете
превращаться даже в самых маленьких животных. Ну, например, сделаться
мышью. Должен сказать поправде, что считаю это совершенно невозможным.
- Ах вот как! Невозможным? - переспросил Великан. - А ну-ка,
погляди!
И в то же мгновение ока Великан превратился в мышь. Кот погнался
за ней, но мышь, злорадно хихикая, улетела под потолок, потому что
оказалась летучей.
МОРАЛЬ: Если вы хотите добиться правильного исполнения заказа,
формулипуйте техническое задание возможно более точно.


ЗОЛУШКА, или ХРУСТАЛЬНЫЙ БАШМАЧОК

Принц приказал объявить во всеуслышание, под звуки труб и фанфар,
что девушка, которой впору придется хрустальный башмачок, станет его
женой.
Разумеется, сначала башмачок дали мерить принцессам, потом
герцогиням, потом придворным дамам, но все было напрасно: он был тесен
и герцогиням, и принцессам, и придворным дамам.
Пока очередь доходила до Золушки, прыткая дочь одной фрейлины
примерила башмачок, и ... вот так штука! Он пришелся ей в самый раз.
Принц собрался было, скрепя сердце, выполнить свое обещание, но не
смог: фрейлинской дочке только-только стукнуло десять лет.
МОРАЛЬ: Существует множество A всех девушек и множество B девушек
брачного возраста.
Ясно, что B - непустое множество, т.е. оно является правильной
частью множества A. Тому, кто этого не знает, попросту еще рановато
жениться.


ПО ЩУЧЬЕМУ ВЕЛЕНИЮ

Пошел Емеля за водой. Только закинул ведерко в прорубь, как
попалась ему большая щука. Обрадовался Емеля:
- Наварю-ка из этой щуки ухи. Славная уха будет, жирная!
А щука плеснула хвостом в ведерке и говорит человечьим голосом
(откуда же ей было знать, в какие края ее занесло):
- Release me, youngster, and I'll make you a rich man!
Емеля, конечно, ничего не понял и съел щуку.
МОРАЛЬ: Знание иностранных языков иногда млжет принести немалую
пользу.



РЕПКА

Посадил Дед репку. Выросла репка большая-пребольшая. стал Дед
репку из земли тянуть. Тянет-потянет - вытянуть не может. Позвал Дед
Бабку, Внучку, Жучку, Кошку и Мышку. Мышка за Кошку, Кошка за Жучку,
Жучка за Внучку, Внучка за Бабку, Бабка за Дедку, Дедка за репку,
ухватились, дернули, - ботва оторвалась, и они все друг на друга так и
повалились. Репка же - ни с места.
МОРАЛЬ: Предсказать, как будет вести себя реальное твердое тело
под нагрузкой, можно лишь при наличии диаграммы испытаний на
сжатие-растяжение, пользуясь методами расчета, разработанными в науке о
сопротивлении материалов.


ОГНИВО

...Открыл Солдат первую дверь и вошел в комнату. Посреди комнаты
сундук стоит,на сундуке сидит собака. Глаза у нее, словно два чайных
блюдца...
- Ну и чудище, - сказал Солдат, схватил собаку и мигом посадил ее
на ведьмин передник.
Тут собака присмирела, Солдат открыл сундук и давай оттуда деньги
таскать. Набрал себе полные карманы медных денег, закрыл сундук и опять
посадил на него собаку, а сам пошел в другую комнату.
Карманы у него были большие, солдатские - каждый вместимостью
около двух литров (кубических дециметров то есть). А мундир был
порядком поизносившийся. Поэтому, не успел он и шагу ступить, как
карманы под тяжестью прорвались (плотность меди все-таки - 8.8
кг/куб.дм), и все высыпалось...
В другой комнате было полным-полно серебра. Карманы Солдат набить
уже не мог, набил ранец. Ранец был не большой и не маленький: что-то
около 20 куб.дм. Кряхтя, еле переволок он свою ношу в третью комнату
(учтите - плотность серебра - 10.5 кг/куб.дм, и ранец весил добрых 200
кг)...
Батюшки, сколько тут было золота! Солдат высыпал из ранца
серебряные деньги и стал набивать его золотыми. И не только ранец:
навалил золота и в шапку, и в сапоги. В ранец вошло центнера этак три с
половиной (плотность золота - 19.3), да в шапку, которая была объемом
литров семь - килограммов сто тридцать. За голенища сапог поместилось
каких-нибудь сорок килограммов... Прибавьте собственный вес Солдата -
уилограммов шетьсот наберется.
Самостоятельно сдвинуться с места Солдат, конечно, уже не мог.
Одна была надежда - на сверхчеловеческую силу Ведьмы, что должна была
вытянуть его из подземелья веревкой.
Ведьма поднатужилась и вытащила... бы (как-никак ведьма), но
веревка вовсе не была рассчитана нашесть центнеров груза и лопнула в
самый ответственный момент.
Так Солдат и остался в подземелье.
МОРАЛЬ: Для получения рациональной прибыли недостаточно знать
основы политэкономии (денежная функция металлов Солдату была хорошо
известна): элементарные сведения их естественных наук тоже необходимы.



КОЛОБОК

Колобок и от Бабушки ушел, и от Дедушки ушел. От Медведя и Волка -
подавно ушел. Только от Лисы не удавлось так просто уйти.
Заманила его Лиса хитростью прямо к себе в пасть и вознамерилась
съесть. Надкусила он Колобок... и выплюнула: покуда Колобок от Бабушки,
Дедушки, Медведя и Волка бегал - зачерствел вконец.
МОРАЛЬ: Если вам нужно освежить зачерствевшее хлебобулочное
изделие, заверните его во влажную салфетку и положите на несколько
минут в горячую духовку.

[<OK>]

Про студентов
ПЕРВОКУРСHИК
1. Пyглив. Чyтко pеагиpyет на ласкy и выпечкy в вестибюле. Пpедпочитает деpжаться гpyппами по 15-20 особей.
а) К стyденческомy билетy отношение тpепетное, вpеменами пеpеходящее :в pелигиозный востоpг. Зачеткy откpывают ежедневно сpазy после чистки зyбов, пpи этом в глазах возникает безyдеpжная pадость.
б) Hа занятия пpиходит за 20 - 25 минyт до откpытия yнивеpситета, однако пyтают 1-ю и 2-ю неделю, поэтомy все pавно опаздывают.
в) Сон: неpвный, неглyбокий. Часто падает с кpовати.
г) Речь pазбоpчива и понятна.
д) Пpи yпоминании таких слов, как СЕССИЯ, ПРИМАТ, и ФИЗКУЛЬТУРА HА ЛЫЖАХ испытывает животный стpах и ведет себя, как афpиканская птица стpаyс.
2. Сpеда обитания: все виды библиотек и cтyденческих столовых:
3. Цель сyществования : любыми пyтями и сpедствами полyчить все книги из списка pекомендyемой литеpатypы.

Здесь почти со всем согласен,кроме РЕЧИ,у первокурсников она в основном не разборчивая!Вот пример:со мной живёт первак,так его спрашиваешь или говоришь ему что-нить,а он молчит или что-то бормочет!

ВТОРОКУРСHИК

Hаглый,голодный и гоpластый. Реагиpyет только на съестное. На контакт идет из чисто коpыстных побyждений. В гpyппы объединяется pедко, если объединяется, то делает это как попало.
Стyденческий билет пpименяет как сpедство индивидyальной защиты от кондyктоpов, вахтеpов, двоpников и навязчивых милиционеpов. Ясно пpедставляют чем отличается 1-я неделя от 2-ой и опаздывают. Выбоp лекций для посещения пpоисходит слyчайным обpазом: на глазок.
Сон кpепкий, детский с цветными с нами во весь экpан с pазpешением 800 х
600 в pежиме True color.
Речь: пpи желании можно pазобpать, но желание должно быть достаточно большим.
Все еще боится сессии, но pегyляpно пyгает ей пеpвокypсников, с интеpесом наблюдая, как они yподобляются афpиканской птице стpаyсy.
Сpеда обитания: поближе к пище, поэтомy номеpа в очеpеди за пиpожками pасписывают еще на лекциях.
Цель сyществования: добыча кypсовых и лабоpатоpных y стаpших кypсов.

ПОчти тоже всё совпадает,ЯЖЕ второкурсник!!!!)))))
Опять с речью вообще не в тему
А насчёт еды это точно подмечено!!!!!И сессии,мы часто пугаем перваков)))))

ТРЕТЬЕКУРСHИК

Задyмчив - неизбежное следствие частой игpы в Doom. Hа пpовокации со съестным поддается pедко, подозpителен. В слyчае опасности начинает деpгаться yказательный палец пpавой pyки в поисках кнопки мыши.
Стyденческий билет часто теpяется, затем находится и обмывается. По выходным и пpаздникам некотоpые стyденческие теpяются по несколькy pаз.
В инститyт ходит pегyляpно: за стипендией.
Сон кpепкий. Спят pедко. Hочами ковыpяются в компьютеpе, где и засыпают.
Речь быстpая несвязная, почти неpазбоpчива, изобилyет неноpмативной лексикой типа: ХАКЕР, ЮЗЕР, ЛАМЕР.
Стpах атpофиpован.
Сpеда обитания: поближе к источникy пива. Во вpемя сессии пpоисходит мигpация в деканат, откyда сpазy же начинают pаздаваться стоны, всхлипы и истоpии пpо больных бабyшек.
Цель сyществования: найти все книги из списка pекомендованной литеpатypы, взятых на пеpвом кypсе и сдать их.

О этом мне пока судить рано,но как я наблюдал,здесь почти всё точно.ТОлько рядом с пивом держаться студенты 1,2,3 курсов...
ПРо сон вообще в десятку)))))))

[57EA17h]

Король и слон

— Это что?! — спросил король и ткнул толстым пальцем в слона. Животное укоризненно посмотрело на короля и отвернулось. Слон не любил, когда в него тыкали пальцами. Даже короли.
— Это? Слон, Вашество, — сказал первый министр и сделал глупое лицо. Благодаря этой особенности — делать натуральное, честное, глупое лицо — премьер-министр удерживался на своем посту гораздо дольше своих предшественников, а последние пять лет — неизменно завоевывал первые места на международных конкурсах, проводимых между чиновниками различных королевств.
— Я вижу, что слон, а не корова. Что он тут делает? — спросил король и снова ткнул в слона пальцем. Слон не обернулся — он был выше этого.
— Стоит, Вашество, — склонился в поклоне премьер-министр. Поклон был строго выверен, до долей градуса, и изображал крайнюю степень покорности. Министр очень гордился этим поклоном — он был занесен в 24 учебника по дворцовому этикету, имел 87 дипломов, 15 медалей, 7 почетных наград и одно Специальное Упоминание в Анналах истории.
— Вижу, что стоит. Я бы даже сказал — давно стоит, судя по состоянию сада. Деревьев вроде раньше побольше было. Я имею в виду — какого черта животная в моем королевском саду?!!
— Так, Вашество, по статусу положено, — сделал честные глаза премьер. За этот взгляд он удостоился многократной овации, а председатель жюри в слезах выскочил на сцену, чтобы обнять несомненного победителя.
— По какому такому статусу? — удивился король…

Тут я сделаю маленькое отступление. Надо отметить, что Его Величество в прошлом был простым армейским полковником, тянул свою лямку в далеком гарнизоне и совсем не ожидал внезапного счастья, свалившегося на него в виде короны. Внезапность ее обретения, после трагической гибели всей королевской семьи под развалившимся гигантским тортом, поставила короля перед суровым фактом правления. И хотя с той поры прошло много лет, Его Величество до сих пор путалось во всех этих дворцовых премудростях. Вот и сейчас…

— По какому такому статусу? — удивился король и поправил корону.
— По королевскому, Вашество, — преданно сказал первый министр. Преданность должна была произвести фурор на ближайшем конкурсе, и поэтому премьер при любом удобном случае шлифовал и оттачивал ее, надеясь произвести на жюри незабываемое впечатление.
— Но я не люблю слонов! И вообще животных! Я люблю покой, книги и мятные тянучки! А животные…
— Понимаю, Вашество, понимаю. Но что делать? Статус. У всех соседних королей есть, а у нас еще нет. Уважать не будут. Скажут — что за король без слона? — и министр горестно поник, изображая крайнюю степень уничижения (2 победы и 7 номинаций на различных конкурсах).
— Не хочу слона! — топнул ногой король. — И баста!
— Но, Вашество! Как же международный престиж?! — встревожился премьер-министр. Идея со слонами принадлежала ему. На последнем заседании Международного совета Первых Министров ему долго жали руку и называли гением новой формации. Слоны приносили колоссальный доход. Но исключений быть не должно. Если один король посчитает, что это он может обойтись без слона — то так и второй подумает, и третий. Того и глядишь — своей головой думать начнут! А там и от Первых Министров откажутся. Этого допустить было нельзя. Премьер-министр лихорадочно думал.
— Плевать! Как-то же без него жили, без мнения этого. И без слона. И теперь проживем! — сказал король.
— Но Вашество! Посмотрите! Посмотрите на него! Посмотрите, какой у него длинный серый хобот! А какие уши, бивни! — первый министр торопливо хватал слона за разные части тела, стремясь показать, что без этого животного король — не король. — А посмотрите, какие ноги, какой…
Такой бестактности слон не смог перенести. Его левая задняя нога поднялась и опустилась. Раздался странный чавкающий звук. Слон попятился. На месте премьер-министра было большое мокрое пятно.
— Гениально! Как я сам раньше не додумался! — воскликнул король, в восхищении глядя на то, что осталось от министра.
— Выпить хочешь? — спросил Его Величество слона и протянул ему початую бутылку. Животное задумчиво посмотрело на короля, затем взяло бутылку хоботом и опорожнило ее в рот.
— Парень, а ты мне положительно нравишься! — хлопнул король слона по боку. Тот задумчиво посмотрел на венценосную особу и, секунду подумав, положил хобот королю на плечи.
— Да, парень. Прав был покойный, как есть прав. Нам, королям, без вас, слонов, никуда. Пошли, я тебя со своим казначеем познакомлю. А то в последнее время… — и слон с королем в обнимку пошли ко дворцу.

[Дыбра]

Заблуждения в лесу


Попала мне давече в руки газета "Труд". К газетно-печатному слову я, в принципе, равнодушен, но... То ли делать было нечего, то ли еще чего - решил просмотреть для общего развития. Открываю. В глаза сразу бросается статья "Куда ты, тропинка, меня привела? Заблуждения в лесу", состоящая из советов заблудившемуся в лесу туристу. "О, - думаю, - интересно. Почитаем. Глядишь, что-нибудь новое узнаю". Второпях даже обрадовался - мол, никаких тебе маньяков, самолетов и депутатов, за ум люди взялись, за дело. И я начал вчитываться.В первый раз я засмеялся уже на третьем абзаце. Потом смеялся уже не переставая, делая лишь небольшие интервалы чтобы не навредить здоровью. Итак, по порядку и с подробностями.

"ВОДА. Если вы оказались в безлюдной местности, вода играет более важную роль в вашем спасении, чем пища или даже заброшенный сарай."

Hекоторое время я пытался понять, чем заблудившемуся в лесу может помочь заброшенный сарай. Единственная пришедшая мысль - пересидеть дождь - казалась явно неуместной. Может, трухлявая древесина обладает до сих пор не выявленными вкусовыми качествами? Или... Прежде чем мое раскованное воображение увлеклось строительством лыж из сарайных досок, я успел подумать - а откуда, собственно, в лесу заброшенный сарай?.. Кто и для какой такой надобности его там возвел? Мистика, иначе и не скажешь...

"ПИЩА. Поиски пищи - второй важный путь спасения человека."

Звучит здорово. Впрочем, я еще продолжал надеяться, что руководствующийся этой статьей турист дойдет до своего спасения одним путем и, следовательно, одним куском.

"Hельзя есть рыбу с несвежим запахом, ядовитые грибы."

Эта мысль поразила меня своей оригинальностью и отсутствием штампов. О том, что несвеже пахнущую рыбу употреблять в пищу нельзя я еще догадывался, но тот факт, что ядовитые грибы несъедобны оказался для меня полнейшим сюрпризом. Жаль, составители забыли указать, что не рекомендуется употреблять в пищу камни, ветки деревьев и металлические предметы - кто-то ведь может этого и не знать!

"Даже из одного гнезда можно получить достаточно пищи, чтобы утолить голод."

Помните народное китайское лакомство - суп из ласточкиных гнезд? Теперь мне доподлинно известно, что китайскую нацию основали заблудившиеся в лесу туристы.

"Для ловли рыб следует использовать нож-мачете."

Странно, почему автор не посоветовал ледоруб или, на худой конец, хоккейную клюшку? Будь даже у каждого туриста по мачете, мне решительно непонятно, каким образом с помощью этого девайса можно добыть рыбу, если эта рыба не лежит на земле и не прыгает по дереву.

"Папоротник. Съедобные папоротники обычно растут в лесах. Их разделяют на три вида: орляк, многоножка и древовидный папоротник."

Hу да, если обнаружилось свободное время, лучше подучить ботанику. Выбраться из леса всегда успеем.

"Злаки. Это пшеница, овес, рис, просо."

В лесу?.. Старые посевы заброшенного колхоза, из остатков сарайчика которого мы сварганили лыжи?

"ПРИГОТОВЛЕHИЕ ПИЩИ". Лучше всего иметь на всякий случай простой котелок или кастрюльку с крышкой."

Hикогда бы не подумал, что здравомыслящий турист может взять с собой котелок просто "на всякий случай". Меня мучают ужасные подозрения - на чем же варганит себе еду этот субъект в тех случаях, когда не предполагает заблудиться?.. Или не заблудившийся туристом считаться не может? "В случае смерти прошу считать меня туристом"?..

"Если же нет котелка, надо запастись листом фольги..."

Где запастись? Если у тебя дома нет котелка, то какой же ты турист? Или подразумевалось, что запастись фольгой можно непосредственно на месте, после того, как подтвердился факт заблуждания... тьфу... заблуждения? Действительно, вдруг рядом магазин, а у нас и фольги-то нет...

"Корни или клубни картофеля заворачивают прямо в фольгу и кладут в огонь костра."

Интересно, картофель тоже предполагалось найти на заброшенном колхозном поле или взять "на всякий случай"? Или, может, картофель будут разбрасывать над лесом с самолетов в качестве гумманитарной помощи голодаюшим туристам? А "огонь костра" - это вообще сильно, меня проняло.

"Точно так же можно зажарить рыбу, птицу."

Так же? Засунуть в фольгу и положить в огонь костра? Hу да, не мудрствуя лукаво... Они зря не написали о том, что мачете из нее предварительно можно вынуть.

"Если под рукой есть толстая фольга, можно изготовить из нее кастрюлю или сковородку..."

А если под рукой вдруг оказалась машина, то надо сесть в нее и поехать домой, предварительно закрыв за собой дверцу.

"Hекоторые блюда можно готовить и прямо в костре - рыбу, клубни растений, но лучше заранее обмазать их слоем глины."

Великий гуру забыл упомянуть, что глину потом можно снять... Впрочем, учитывая бедственное положение туриста, глина еще не самая плохая альтернатива майонезу и горчице.

"Hемедленная варка на костре - лучшая защита от пищевого отравления."

Hу да, делаем из толстой фольги кастрюлю под свой размер и паримся, пока не закипит. Потом добавляем по вкусу клубней и злаков - и готово, никакое пищевое отравление нам теперь не страшно.

"Hельзя оставаться без фляги с водой или спиртом..."

Вот это верно! Hа худой конец воду можно и не брать, а вот что делать в лесу без фляги спирта - не совсем ясно. Так что если забыли дома спирт (как жаль, что мудрый наставник забыл сообщить рецепт изготовления браги из клубней, картошки и папоротника!), не блудитесь. То бишь не заблуждайтесь - себе дороже.

"Еще лучше, если у вас под рукой есть запасная одежда, проволока, бензин, ткань, фольга, а также фонарь."

А еще - лопата, акваланг, счетчик Гейгера, подзорная труба, динамит и пылесос. Hу какой смысл заблуждаться без необходимого инвентаря?.. Это ведь уже не в кайф будет.

"Второй совет - уходя, оставьте на месте аварии свой адрес и направление пути."

Авария? Hу не знаю... Единственная авария у туриста, которая мне приходит на ум - наступившее вследствии переедания диких слив расстройство желудка. В этом случае оставлять на месте... кхм... аварии свой адрес - не только аморально, но еще и опасно - вдруг аборигены умеют читать... Hайдут еще... Впрочем, я уже представил себе занятную картину - лежит на полянке (пардон, месте аварии) продукт человеческой жизнедеятельности, прикрытый запиской: "Vasja Pupkin, vasja.pupkin@mail.ru. Ушол на севир"...

"Лучше всего двигаться по направлению к реке, берегу моря или к населенному пункту."

Особенно мне понравилась последняя часть этого незабываемого пассажа. Я обязательно приму ее к сведенью - когда заблужусь сразу же пойду к ближайшему населенному пункту. Или, может, вначале сбегаю к берегу моря - освежусь.

"Hе следует тратить час, прокладывая себе путь через заросли кустарника или через болото, если их можно обойти за 10 минут."

Эх, я-то понадеялся, что одного беглого ознакомления со статьей хватит чтобы быть крутым туристом... Оказывается, я еще далеко не все правила знаю.

"Поэтому цель любого туриста или путешественника - избавиться от излишнего перегревания тела и поддерживать температуру в пределах 37 градусов."

Бр-р-р... Полноте, да для человеков ли эта статья?.. Лично мне пока не удавалось поддерживать температуру своего тела на уровне 37 градусов. Кстати, 37 каких грудусов? По фаренгейту? По цельсию? А может, в кельвинах? Автор забыл указать, в каких единицах он измеряет температуру... Что же мне теперь, мучаться от перегревания?..

В общем, в таком ключе написана вся статья. Да, пока не забыл... Автором ее (да не согнется вовек его фольговая сковородка и не притупится мачете!) является "участник похода кандидат географических наук Станислав Костяшкин".
Комментировать не буду.
Прочитал я и взгрустнул. И привиделась мне картина - в заброшенном покосившемся сарае, освещаемое только тусклым светом фонарика, сидит страшное грязное и косматое существо, окруженное грудами помятой фольги. В одной руке у него мачете, в другой - загадочный клубень, который оно периодически жует, хрустя поджаристой глиняной корочкой и периодически запивая спиртом из фляги. Время от времени оно достает из-за пазухи термометр и сверяется с его показаниями... Hе пойду я в поход, стра-а-ашно... Пойду в газету устраиваться. Журналистом.

[guest]

Сейчас вычитал в газете сканвордов. Рубрика "Из школьных сочинений"

Маяковский засунул руку в штаны и вынул оттуда самое дорогое, поднял его высоко и сказал: "Я -- гражданин Советского Союза"

Анна сошлась с Вронским совсем новым, неприемлемым для страны способом.

Плюшкин наложил посреди комнаты большую кучу и каждый день старался ее увеличить.

Кутузов старался хотя бы одним глазком взглянуть на Париж.

Пьер был светский человеки поэтому мочился духами.

Медведи увидели, что постель медвежонка измята, и поняли: здесь была Маша.

По всей площади был разбросан различный мусор: камни, обрывки плакатов, куски дерева. Был и Ленин.

Суворов был настоящим мужчиной и спал с простыми солдатами.

Денис Давыдо повернулся к женщинам задом и выстрелил два раза.

Бедная Лиза рвала цветы и этим кормила свою мать.

[кухня]

На улице к вам подходит человек, который говорит, что вы выиграли ценный приз - пылесос. Вы спрашиваете: "Неужели!?" Он отвечает: "Ага!", но пылесос вам не даёт. Возникает неловкая пауза. Вы молчите, он тоже молчит, переминаясь с ноги на ногу. Наконец, вы не выдерживаете и спрашиваете: "Ну и где пылесос!?" "Ах да, пылесос! - говорит он. - Вы его выиграли!" "Ну и что дальше-то!?" - спрашиваете вы. Человек долго смотрит на вас, изредка помаргивая, но ничего не говорит. Минут через десять он вдруг заявляет: "Вы выиграли пылесос!" Вас это уже так достало, что вы разворачиваетесь и уходите. А потом выясняется, что вы чуть не стали жертвой аферы жулика-эстонца.

[NDI]

В разных странах мира встречается весьма разное отношение к сфере интимных отношений, что иногда даже сложно представить себе, как законодатели могли дойти этого.

В большинстве стран Ближнего Востока до сих пор действует один из фундаментальных законов ислама: ни в коем случае нельзя есть ту овечку, с которой имел половую связь. Человек, решивший съесть такую овцу, совершает смертный грех, и ему уже не попасть в рай с 70 девственницами.

В Ливане, притом что почти половина населения - христиане, мужчинам официально разрешено вступать в половую связь с животными. При этом существует очень важное ограничение: животные должны быть женского пола. За связь с животными-самцами грозит смертная казнь. А в Индонезии голову рубят за мастурбацию.

В Бахрейне врач-гинеколог, если он мужчина, имеет право проводить исследование, только глядя на отражение половых органов в зеркало.

На Гуаме - владении США в Тихом океане - существует специальная профессия - дефлоратор. Такой специалист ездит по стране и за плату оказывает девушкам услугу лишения невинности. На Гуаме девственнице запрещено выходить замуж. Это, пожалуй, самая экзотическая профессия в мире. Только перспектива карьерного роста достаточно туманна.

В Гонконге жена, которой изменил муж, может убить его, но при одном условии - расправу она должна совершить голыми руками, без оружия. Что касается любовницы мужа, то ее можно убить чем угодно.

В Колумбии в городе Кали женщина может заниматься сексом только со своим мужем, причем, когда это происходит в первый раз, мать невесты должна быть рядом, чтобы засвидетельствовать происшедшее.

В Боливии в городе Санта-Крус мужчина не имеет права заниматься любовью одновременно с женщиной и ее дочерью.

Что касается Соединенных Штатов Америки, то там тоже существует много своих странных законов. Так, например, в штате Аризона запрещено держать в доме более двух фаллоимитаторов. В Колорадо запрещено целовать женщину, когда она спит, а в Коннектикуте в городе Хартфорд нельзя целовать жену по воскресеньям.

Во Флориде легально разрешена только миссионерская позиция, и во время секса запрещено целовать грудь женщины, а в Массачусетсе женщине также не позволяется занимать позицию “наездницы”.

В Миннесоте категорически запрещены какие бы то ни было половые связи с птицами. А в штате Огайо женщинам запрещено носить лакированные кожаные туфли, так как, по мнению американских законодателей, они могут отразить нижнее белье.

Что касается других странных законов о сексе, то в разных странах действуют еще и другие нелепые указы, регламентирующие распорядок интимной жизни граждан и подданных.

Так, если Вы планируете немного пофлиртовать в пабе в Великобритании, а потом закадрить ближайшую красотку, то этого делать не рекомендуется. В Англии тому, кто предложит незнакомой женщине заняться сексом, грозят штраф вплоть до 180 евро или три месяца тюрьмы.

В Ирландии запрещен импорт презервативов, так что если вы едете в эту страну, то обязательно возьмите с собой запас этих чудесных противозачаточных средств - потому что купить их в самой Ирландии шансов мало. В этой строгой католической стране пользоваться презервативами нельзя, а поэтому нельзя и продавать. Ведь секс, по мнению властей, существует только для продолжения рода.

Если Вы встретили на Гавайях женщину своей мечты и хотите заняться с нею любовью, лучше не делайте этого, если вам дороги родители девушки. Ведь если вашей избраннице еще нет 18 лет, то ее родителей ждет наказание в виде трех лет исправительно-трудовых работ. За то, что они воспитали свою дочь “легкомысленной”.

В столице Венгрии Будапеште партнерам разрешено любить друг друга только в темноте. Даже если вы “занимаетесь этим” при свете в собственной квартире, это все равно карается штрафом. Запрещено заниматься любовью, в том числе и при свете свечей или камина. Остается вопрос: кто это все контролирует?

В итальянском городе Палермо только женщинам разрешено находиться на пляже в полностью голом виде, в то время как мужчинам - нет. Обоснование звучит примерно так: “Мужская анатомия может приобретать пошлый вид, даже непреднамеренно”. Еще бы, когда вокруг столько обнаженных женщин...

В итальянском городе Тропея существует закон, который совершенно четко регулирует, кому можно находится на пляже в раздетом виде, а кому нет. В законе говорится: “Женщинам, которые толсты, уродливы или некрасивы, запрещается появляться на пляже в раздетом виде”. Данным правом пользуются лишь “молодые женщины, которые достойны того, чтобы превозносить красоту женского тела”. Остаются только посочувствовать полицейским, которым приходится применять данный закон на практике.

В Швеции запрещено делать собственные фотографии в голом виде в полный рост в фотокабинках для срочного фото. Однако фотографировать отдельно нижнюю и отдельно верхнюю часть тела в голом виде не противоречит никаким запретам. Так что если очень нужно, то можно сделать две фотографии, а затем склеить их вместе.

Если Вам, находясь в Китае, захочется поглазеть на голых женщин - пожалуйста, смотрите сколько угодно. Но упаси вас бог уставиться на голые ноги одетой женщины. Это в Китае считается грубым оскорблением и карается несколькими днями тюрьмы.

Просмотр порноканала в номере израильской гостиницы может дорого вам обойтись. Недавно здесь был принят закон, запрещающий просмотр порнофильмов по кабельному или спутниковому телевидению. Если вас поймают за этим занятием, могут отправить в тюрьму на срок вплоть до трех лет.

В эстонской столице Таллинне категорически запрещается играть в шахматы во время полового акта. Вероятно, речь идет о какой-то странной национальной особенности.

В США в некоторых штатах нельзя раздеваться в своей квартире перед фотографиями и картинами на стенах... А также нельзя заниматься сексом при свете, а в другом штате, наоборот без света...

[d@n]

Забил в поисковике слово Выкса... И на одной из ссылок нашел преинтереснейшую весчь...
Ссылка прилагается...


Ноябрьские праздники в Выксе
6-8 ноября 1999 года

День первый

О, вроде остановились. Пытаюсь открыть заспаные глаза, выглядываю в окно, там – пути, товарные вагоны, чуть ли не люминисцентное освещение над сортировочным парком – Вековка. Так, еще можно поспать. В Муроме опять просыпаюсь. Странно, никогда так тяжело не давались ночные поезда. Мост через Оку – темень, хоть глаз коли, только огни Мурома на левом берегу. Опаздываем. Хорошенькое начало путешествия – проводница нас перепутала! Аленка просыпается, будит меня, постепенно сгоняю остатки сна, одеваюсь, пьем чай. Вот и Навашино, на удивление – много народу вываливается из томского(!) поезда, и все – на автовокзал. До автобуса еще есть время, иду осмотреться на вокзал, списываю расписание электричек. О, в Выксе, оказывается и аэропорт есть!

Много же народу, однако, катается здесь в автобусе… Интересно, почему пассажирское движение на Выксу сняли? Не пришлось бы висеть на поручне как мартышка… Ну, хватит, пора просыпапаться, скоро Выкса и рассвет.

Въезжаем в город. Ничего особенного – нормальная провинция. Эх, знать бы, что здесь мы проведем, возможно, лучшие три дня за последнее время! Автовокзал. Тоже ничего необычного. И вот – первый знак – пруд за автовокзалом. Чуть рассвело, или это просто свежевыпавший снег повеселее забелел? Переходим по дамбе на левый берег. Уже интересно – пруды в городе и немаленькие.

Начинаются поиски следов узкой колеи. Вот здесь она, вроде бы была. Вдоль заборов, каких-то сараев, вот здесь, возможно, была станция, а ныне – простой барак. Минут 20 и мы выходим к станции Павильон, теперь можно и по карте сориентироваться. Так, что там в Вольной энциклопедии написано? Отсюда уходят все поезда. Отлично, бросаем рюкзаки на лавочку, начинаем ломиться внутрь. Хе, не тут-то было, здесь все еще более запущено, чем во вторых Черустях – двери закрыты, окна – забиты. И с поездами как-то туго… Хотя несколько товарных вагонов здесь есть. Интересно, в какую сторону «ходят поезда»? Ща разберемся – под рюкзаки и вперед, на поиски приключений.

У пробегающего мальчишки осведомляемся, как тут, собственно, дела с узкой колеей (мы вроде как на ней стоим). Молодой человек совсем не в курсе. Это когда же она успела так захиреть, что молодое поколение на такое чудо даже внимание не обращает? М-дааа… Колея-то так себе, полуживая… А иногда и совсем мертвая… Ой, супер, стрелка и появляется третий рельс – для широкой колеи.. Но гораздо более важно – появляется домик с надписью «Столовая». Обходим вокруг, находим единственную незапертую дверь. Что-то там готовится вроде, но «сегодня мы не работаем». Отлично, на вас свет клином не сошелся.

Справа – еще один пруд, не меньше предыдущего, а на другом берегу рядом с настоящими многоэтажками – натуральная набережная!!! Этот город начинает мне определенно нравиться.

Переходим мостик, первую стрелку, и дальше – большая станция и депо. Миниатюрная тэ-ушка суетиться на путях. Подходим к ней, выясняем сущность дороги и возможность вписки. «Не, ребят, я только по городу здесь, по заводу… А пассажирские давно уж не хоють…» Хм, как интересно. 2 года (если верить г-ну Болашенко) – это давно? Ладно, найдем себе другой источник.

Идем дальше и рядом с депо я вдруг замечаю нечто – узкоколейный паровоз на постаменте! Это, пожалуй, было первой причиной влюбиться в этот город (если не считать колоритного духа, который сопровождал нас почти от самого автовокзала). Это оказался симпатяшка Кч-4, последний на Выксунской системе (не выдержал, бедняга, конкуренции с тэ-ушками). На радостях мы его обсняли со всех сторон и срисовали памятную табличку на боку.

Не доходя до депо мы заметили слева белое здание с надписью «Станция № 1» и теперь решили заглянуть туда в поисках 1. Съестного, 2. Информации. В дверях мы столкнулись с милейшей женщиной с чайником в руке, которая, по-видимому, была дежурной по станции. Это было просто чудо, что мы догадались сюда зайти! Она сразу поняла нашу сущность, и, хотя съестного мы здесь не нашли, зато получили исчерпывающие сведения о состоянии металлургической и лесовозной узкоколеек в Выксе, вплоть даже до телефона (ныне, к сожалению, утраченного) диспетчерской лесовозной дороги. По ходу разговора она позвонила туда и выяснила, что сегодня в четыре будет поезд на Димару, чему мы несказанно обрадовались – все-таки дорога жива! На прощанье мы узнали о возможности перекусить в городе. Оказалось, это не так сложно – «столовая есть на рынке».

По дороге на рынок мы зашли в продуктовую палатку и пообщались с еще одной весьма доброжелательной женщиной – продавщицей. Постепенно мы начинали понимать, что попали в не совсем обычное место, во всяком случае, народ здесь обитал не совсем обычный.

У продавщицы мы узнали дорогу на рынок и в столовую и двинули туда – уже утро, а мы еще ни в одном глазу. Столовка оказалась первоклассной – на 26 рублей мы наелись от пуза при том, что это была весьма общепитовская еда. Колоритно мы там смотрелись с нашими шмотниками, занимавшими чуть не половину всего помещения. Объевшись и разморившись на солнышке (ой, да там капель за окном – настоящая весна!) я задремал… Не знаю, сколько это продолжалось, однако, пора в путь – тут есть еще что посмотреть. Изначально мы не планировали возвращаться в город, поэтому до 4 нам надо было многое успеть. Первым делом – где у них тут музей? Ага, у автовокзала, в усадьбе Баташевых. Усадьба оказалась длинным трехэтажным зданием в стиле позднего классицизма, без всяких украшательств – так и должны были жить настоящие коммерсанты-отцы города.

В музее мы поняли, что на братьев Баташевых здесь просто молятся (примерно как у нас – на Лужкова): эти люди создали город практически на пустом месте, среди лесов, лугов и болот. Уникальная система прудов (автор ее – инженер Попов), оказывается, имеет место быть не просто так – вода использовалась в металлургии и для других работ. Хотя для человека непосвященного домны и вода – две вещи не совсем совместимые.

Оказывается, здесь еще и крепостной театр был, это какая же должна быть провинция, чтобы под театр специальное здание было построено?

А вот это совсем интересно – в Выксе есть монастырь. Не Дивеевский, до которго здесь сравнительно недалеко, а монастырь прямо у черты города, до него совсем рукой подать. Так, давай махнем туда? – ок! Пока надевали шмотники – разговорились с охранником. Взгляд, поначалу суровый, постепенно просветлел, прозвучало сакральное слово «путешественники» (оно нас будет сопровождать до конца путешествия и будет нашим добрым ангелом-хранителем) и вот уже из-под кипы бумаг извлекается потертое расписание городских автобусов и нам терпеливо (но так медленно!) объясняют, что до монастыря надо ехать на «тройке», но можно еще и на «четверке», только «тройка» пойдет вот уже сейчас, а «четверка» еще не скоро и совсем не отсюда. В довершение нам предложили оставить рюкзаки здесь, чтобы прогуляться налегке. Охранник вышел провожать нас на улицу и все продолжал уточнять – сколько ехать и где какие остановки. К противоположной стороне площади как раз подъехал автобус – наша «трешка», рывок – и вот мы уже едем куда-то в пригород, к монастырю.

Сооружение сие оказалось группой полуразрушеных зданий. Братские кельи, все еще как-то приспособленные для жилья, заняты чем-то вроде школы-интерната, небольшая колокольня, выходящая к автобусной остановке, имеет слегка ухоженый вид, реставрируется и вокруг нее висят плакаты, что это вот, мол, колокольня и вообще монастырь. И, наконец, самое грандиозное сооружение – Троицкий собор – невероятно велико. Несмотря на то, что от него остались лишь стены и почти целая алтарная часть, выглядит он все равно очень фундаментально. И все же запечатлеть его на пленке оказалось непросто – со всех сторон его окружают гаражи и деревенские дома, подступающие почти вплотную. Наиболее удачная точка оказалась на вершине горы арматуры и битого кирпича (видимо, останки внутреннего убранства), по высоте едва ли ниже чем вполовину храма. Дважды нам встречалась женщина в монашеском платье. Как оказалось, она – единственная монашка этого несуществующего ныне монастыря, живет при нем уже много лет.

Время как всегда нам не хватало и мы решили спешно эвакуироваться. Вскоре подошел четвертый автобус, который, как оказалось, идет более длинным маршрутом, чем третий, вокруг всего города, да еще мы проехали свою остановку. Пешком возвратились в музей, наткнувшись по дороге на станцию «Выкса-верхняя» (по-местному – Чугунка, поскольку находится у въезда в чугуно-литейный цех), где встретили знакомый тепловоз и знакомого машиниста, который продолжал утверждать, что в Выксе нет пассажирского движения. Удивительный город – куда бы не пошел (а мы как раз переходили глухой овраг и там-то и обнаружили станцию) – обязательно наткнешься на узкоколейную линию.

В музее мы схватили рюкзаки и по совету самих музейщиков ринулись на автовокзал в поисках частников. А их-то (как всегда в нужный момент) не оказалось. Форсированым маршем вернулись на остановку, с которой только что шли к музею – через несколько минут, возможно, здесь появится автобус. Хороший признак – на остановке уже тусуется какой-то местный народ – мужик и бабулька, поведавшая нам, что точно, автобус сейчас будет. Прикинув время, мы решили, что успеем как раз вовремя.

Когда пришел автобус, а тем более, когда мы на нем подъехали к воротом лесозавода, радости нашей не было предела – нас ждала поездка на пассажирском узкоколейном поезде, а это всегда, во-первых, поездка пусть в недалекое, но в прошлое, а во-вторых, поездка в собственное детство, ведь узкоколейка – почти игрушечная железка (в масштабе один к двум .

За воротами раскинулось огромное (по узкоколейным меркам) путевое хозяйство, множество платформ и горы необработанного леса. Наш пассажирский (как позже выяснится – тепловоз и два «классных») уже стоял под парами, народ неторопливо курил рядом, ожидая свистка. Мы впихнули наши рюкзаки в дальний угол первого вагона, и я пошел пройтись вокруг поезда. Похоже на Туму, где в отличие от Переславля тоже к тепловозу цепляют два вагона. Только здесь, в Выксе, есть нечто особенное – в вагонах стоят настоящие железные печки типа буржуек!

Свисток, подгоняющий самых заядлых курильщиков, и вот мы трогаемся. Поначалу дорога идет по берегу одного из выксунских озер, но вскоре озеро остается позади, а мы едем по плоской равнине, где там и сям появляются деревни (или пригороды Выксы? – не знаю). Одна из остановок называется Домики – поезд останавливается прямо на переезде, пассажиры выходят и идут по грунтовке в начинающую уже темнеть туманную даль. Говорят, где-то там, за горизонтом, есть деревня.

Трясет, как и всегда на 750 мм, безбожно. Еще бы – изгибов тут в принципе не бывает, повороты составляются из прямых рельсов, состыкованных под углом. На подъезде к Проволочному (остановка такая) открывается великолепный вид из окна – гладь крупного озера слева и глубокий овраг справа, а мы едем по дамбе. Берег озера превращен в набережную, на ней даже скамейки стоят для любителей наблюдать воду, лес и закаты.

В разговорах друг с другом мы часто употребляем местные топонимы. С соседней скамйки на нас оглядываются девушки и смеются про себя – мы неправильно ставим ударения (позже мы узнаем, что на самом деле правильно ДимАра, а не ДимарА и Унор, а не УнОр), однако, в путешествиях это часто случается, и мы не обращаем на это серьезного внимания. На 40 км – разъезд, мы заехали в тупик, пропуская грузовой, груженный лесом. Из тупика выезжали подавая задним ходом. Становится совсем темно, когда мы подъехали к Димаре – конечному пункту. Поначалу мы планировали здесь покинуть поезд, переночевать в соседнем лесу и на следующий день вернуться в Выксу, но свежевыпавший снег и холод сделали свое дело – нам стало лениво уходить от жарко натопленой печки в морозный лес. Мало того – мы перебрались совсем вплотную к ней и заняли лучшие – самые жаркие – места в вагоне. Обилечивая обратных пассажиров проводница удивилась:
– Вы катаетесь что ли?!
– Ага, катаемся

По дороге обратно из разрозненных мыслей созрел новый план: переночевать в лесу в районе Выксы. Но, когда мы вернулись на лесозавод и вагон опустел, нас посетило озарение – можно же переночевать в вагоне! Очень удобно – можно бросить пену и спальники в проход, рядом печка и вообще – здесь тепло и уютно. Мы уже начали готовиться к ужину и отходу ко сну, когда из депо, рядом с которым стоял наш вагончик, появился мужик и напрвился к нам.
– Вы здесь ночевать будете? – Мы немного опешили. – Тогда топите жарче, дрова знаете, где взять?
– Да здесь в вагоне есть. – (А печка начала уже потихоньку загибаться, и мы уже начали думать, чем ее растапливать).
– Вон сарай видите? – показывая на огромный ангар, полный леса и всяких порубочных остатков.
– Ага, видим.
– Вот оттуда и берите, здесь вам надолго не хватит. Я бы в депо вас позвал, но там негде…

Оправившись от первого легкого шока (мы уже готовились к изъятию нас из теплого вагона на холодную улицу), мы еле дождались, когда мужик растворился в ледяной темноте и рассмеялись, глядя друг на друга – такого поворота мы, конечно, не ожидали! Но это было только начало. Через нкоторое время наш мужик опять появился в вагоне и позвал меня с собой. Мы прошли через все депо (там стояло штуки четыре тепловоза), вышли на улицу, опять вошли в какое-то помещение, и он сказал:
– Вот. Это красный уголок, здесь все наши ночуют, если на последний автобус опаздывают.
Я осмотрелся. Здоровая комната, метров 10 примерно, два огромных стола, батареи (тепло!), короче, жить можно.
– Здорово, - говорю. – Ща мы сюда только шмотки перетащим.
– Ага, тащите.
– А воду вскипятить тут где-нибудь можно? А то там, в вагоне, печка была, а здесь…
– Конечно, можно. Перетащите и я вам вскипячу.
Я вернулся в вагон за Аленкой, мы запаковали все, что уже успели вытащить, схватили кан с водой, который никак не хотел закипать на вагонной буржуйке, и махнули в красный уголок. Один из столов мы сделали обеденным (свалили на него еду, посуду и шмотки, а другой, поближе к батарее , приспособили под спальню. Деповский сторож вскипятил нам воды, которой хватило на несколько бич-пакетов и чай, и предупредил, что завтра утром народ здесь не ожидается и будить нас он не будет. Это нас вполне устроило, и, пожелав друг другу спокойной ночи, мы отошли ко сну.

День второй

Несмотря на уговор, наш сторож появился в дверях ни свет ни заря, часов в 8 утра. Мы, хоть и не спали, все равно затихли под спальником – очень уж хотелось еще поваляться. Он посмотрел на нас и вышел. Через час он опять появился, и все повторилось. Видимо, ему это надоело и в следующий раз он открыл дверь часов в 11. Тут мы пошевелились, протерли глаза и пожелали ему доброго утра. Как же неохота вставать! Тем более, что вчера удалось поспать всего несколько часов, да и то в поезде. Ладно, пора подниматься, нас ждут великие дела.

За завтраком (сторож опять вскипятил воды) мы обсудили дальнейшие действия. Первоначальный план был – уехать из Сасово, для этого надо было по узкоколейке пробиться на Внутренний или Мердушинский. Обсудив со сторожем вопросы узкоколейного бытия, мы выяснили, что на Внутренний ветка разобрана в прошлом году. Про Мердушь мы еще вчера узнали, что от Унора по пятницам и воскресеньям туда (то есть до Тупика) ходит отдельный поезд (тепловоз и «классный») с заездом в Лесомашинный. В Уноре он согласован с проходящим «Димарским экспрессом» То есть в Тупик он приходит часов в 9 вечера: уже темно и холодно и вопрос с ночевкой встает в полный рост. М-да-а, поздновато… И тут нас в очередной раз осенило: а почему бы не устроить ночной переход? От Тупика до Мердуши километров 10, и еще примерно 10 – до Ермиши, то есть около 5 часов ходу. По дороге можно устроить костерок и перекусить, а рано утром из Ермиши наверняка есть автобус в Сасово – такие глухие места славятся своими ранними рейсами (забегая вперед, скажу, что так оно и есть – первый рейс Ермишь – Сасово идет в 5 с чем-то утра).

Воодушевленные своим новым решением и вообще крайне удачным стечением обстоятельств, мы еще немного поразмыслили о том, что же делать до отправления димарского поезда, то есть до 3 часов дня. Выбор вобщем-то был невелик – нам оставалось только увидеть охотничий домик Баташевых, больше интересного в этом городе не оставалось. Домик стоит в Досчатом, это пригород Выксы, надо ехать автобусом. Прикинув время, мы решили, что у нас его достаточно (что было не совсем так), доели, упаковались и пошли общаться со сторожем на предмет хранения шмотников. У сторожа был уже гость – машинист димарского тепловоза. Мы немного пообщались и с ним, среди прочего услышали интересную историю о том, как в 1996 году двое (позже их уже получилось трое) ребят и девушка («путешественники» – поистине удачное слово нашли в этих краях, очень выгодно оно отличается от подмосковного «турЫсты») впросились к нему в локомотив и были им отвезены на самый край линии, за Димару, в лес. Там они прожили полтора месяца, питаясь подножным кормом, после чего он их вернул обратно. История нам понравилась и воодушевила еще больше. Также нас заинтересовало, кто бы это мог быть, возможно, люди, знакомые нам по ру.автостоп или ру.туризм, или по каким-либо совместным мероприятиям. К сожалению, до сих пор мы этого не смогли выяснить.

Поговорив таким образом с машинистом и сторожем, мы начали понимать, что времени-то у нас уже в обрез. В центр пришлось идти пешком за отсутствием автобуса, однако там недалеко и дорога красивая. На автовокзале я пошел выяснять как с автобусами, а Аленка направилась в музей – узнать, что это за охотничий домик и как туда попасть. Автобус уходил вот прямо сейчас. Пришлось спешно вытаскивать Аленку из музея (какие же здесь охранники приставучие!) и мчать к автобусу. На удивление нам попалась на редкость зловредная кондукторша («Билеты надо на вокзале покупать, ведь знаете же!!!»). Странно, мы считали всех жителей этого города поголовно «осоловевшими». Оказалось, встречаются здесь еще и вполне московские нравы. Купив все же у нее билеты, мы попробовали выяснить, где же этот неуловимый домик находится. Нам до сих пор так никто и не смог этого объяснить. Только в музее сказали, что его будет видно с дороги, по левой стороне. Кондукторша оказалась совершенно не в курсе (!), а поскольку мы толком сами не знали, как это должно выглядеть, пришлось расспрашивать местное население. Постепенно мы поняли, что местное население само сильно не в курсе, но оптимизма все равно не потеряли и в конце концов выяснили, что ныне в домике располагается районная больница (ничего себе «домик»!), что надо проехать церковь и доехать до правого поворота.

Наконец, мы нашли женщину, которая точно смогла указать и остановку и направление движения. Действительно, с дороги было хорошо видно это сооржуние. И, действительно, ехать – стоило! На крутом откосе, над окской старицей стоит небольшое барочное (?) двухэтажное здание красного кирпича с коваными решетками на окнах. На втором этаже балкон, окна выходят на окскую пойму, отсюда, должно быть, красивый вид открывался, самое место для охотничьего домика.

Однако, время. Обратно мы вернулись тем же автобусом, он за это время успел съездить на другой конец поселка и вернуться обратно. От автовокзала мы взяли частника и за 30 рублей долетели до лесозавода. Наш сторож уже думал, что мы не успеем, когда мы вломились в его каморку за рюкзаками. Сторож поведал нам, что в Тупике можно переночевать в вагоне, вписавшись у машиниста, его племянника. Но, подумав, он добавил, что, наверное, лучше не стоит, «он такой… дурак он…» Поблагодарив за теплый прием и оставив бутыль Арбатского полусладкого, мы выскочили на улицу и погрузились в ожидавший поезд. Проводница встретила нас как старых знакомых: «О, опять вы!» - «Ага, мы J».

Однако поезд продолжал все еще чего-то ожидать. Через некоторое время мы тронулись, но совсем в другую сторону. Оказалось, что мы подбирали кого-то из местных. Подобрав его, поезд тронулся в правильную сторону и за окном поплыли (точнее будет сказать «запрыгали») уже знакомые по вчерашнему дню пейзажи. Проехали набережную пруда в Виле, Проволочный, пару домиков в Кирпичном, и вот мы в Уноре. Здесь нам предстоит дождаться мердушинского поезда.

К вечеру похолодало. Мы затащили шмотники в здание станции, скорее напоминавшее барак, а сами пошли погулять по окрестностям – до поезда оставалось еще время. Станция Унор имеет небольшое путевое развитие, на боковых путях стояло несколько грузовых и пассажирских вагончиков, однако общяя картина говорила об упадке дороги. Замерзнув, мы пошли греться на станцию. Унор – небольшая деревня в лесах, жить здесь, видимо, скучно, и только станция вносит какое-то разнообразие, поэтому сюда иногда заходят просто поболтать о том – о сем. Этот вечер не был исключением – внутри помимо дежурной по станции, нас и еще трех пассажиров на Мердушь (на самом деле, как потом оказалось, все они ехали в Лесомашинный) сидел еще какой-то народ, правда, не много.

Для начала кратко опишем внутренности станции. Как такового, зала ожидания здесь нет. Небольшая комната размером примерно 5 на 5 поделена пополам низенькой перегородкой. У окна – стол и стул дежурной по станции, напротив – скамейка, сейчас занятая не совсем трезвым местным жителем средних лет (назовем его Колькой). Рядом со скамейкой – маленький стол с ведром и кружкой на нем – «транзитные» пассажиры проходящих поездов первым делом выстраиваются в очередь на водопой (стоянка здесь довольно долгая – машинист отмечает на станции что-то вроде путевки). Вдоль противоположной от окна стены – длинная скамья, это и есть «зал ожидания», в середине – мы со шмотниками, по краям несколько местных стариков, старушек и другого населения. Справа – дверь на улицу, слева – огромная (чугунная?) круглопузая печь, в настоящий момент, к сожалению, холодная. Пока суд да дело, мы решили перекусить, а перекусив, осмотрелись по сторонам поконкретнее. Над головой дежурной по станции мною была замечена уникальная вещь – схема лесовозной дороги. Подойдя поближе, я разглядел надпись «1988 год» и, поговорив с дежурной, срисовал схему в записную книжку. Оказалось, что общая длина системы – около 170 км, из них только около 60 – основная линия («магистраль»), остальное приходится на ветки. Пока я срисовывал, дедок слева от меня выдавал разные комментарии о существовании ныне той или иной ветки, например, мы в очередной раз убедились, что ветка на Внутренний, к сожалению, утрачена. Стены станции были испещрены бумажками с пассажирскими расписаниями за разные годы, и мы смогли выяснить, что всего за 3-4 года до нашего приезда на линии Проволочный – Внутренний существовало устойчивое пассажирское сообщение. Кстати, нумерация поездов там интересная – начиная со 100, и в некоторые годы номера переваливали за 110.

Тем временем дежурная прокричала в рацию (забыл сказать – рядом с ее столом на стене висела рация, живо напомнившая фильмы периода Великой Отечественной):
– 2574 (это наш поезд)! Вы где?
– На семнадцатом!
– Ждем вас!
Посидев немного с микрофоном в руке, она куда-то вышла. Мы некоторое время посидели в тишине, а потом к рации приблизился Колька:
– 2574!
– Да!
– Вы где?!
– На пятнадцатом!
– Чего так медленно?!
– Кардан полетел!
– Ооо, – пронеслось по нашей скамейке. – Это надолго…
Итак, прибытие поезда отодвигалось на неопределенное время. Хотя, это к лучшему – чем позже приедем, тем меньше мерзнуть в Ермиши в ожидании автобуса. Если, конечно, этот поезд вообще когда-нибудь приедет. Мне даже показалось вдруг, что мы навсегда застряли в этой глухой тайге – довольно своеобразное ощущение, смесь испуга с восторгом. Однако, оставался еще обратный из Димары на Выксу, да еще оказалось, что где-то рядом ходит в Выксу автобус. Да и оптимизм сообщников по скамейке не давал поверить в окончательное крушение столь блестяще задуманого плана.

Вернулась дежурная, а с ней – какая-то маленькая бабулька, видимо, из соседних домов. Сразу нашлись знакомые, прямые и косвенные, пошли разговоры про жизнь на дороге и в лесных поселках, разборки, кто больше зарабатывает, лесорубы или железнодорожники. Оказалось, что живых денег здесь не видели уже сколько-то лет – местные работают на кредит в магазине. Поговорив так, бабулька стала всем предлгать зайти к ней в гости попить чаю, и, наконец, ей удалось завлечь к себе одну из знакомых. Дежурная же опять взялась за микрофон:
– 2574! Вы где? – А в ответ – тишина. Видимо, на улице возятся с карданом.
– На 15 они, – это уже вступил в разговор Колька.
– Чегой-то долго…
– У них кардан полетел.
– Оой… А ты откуда знаешь?
– Говорил с ними.
– Тебе кто разрешил к станции подходить?!! А ну, давай, иди отсюда, - погнала она его за перегородку.
Постепенно восстановились прерванные разговоры. Через некоторое время жаждущие уехать в Выксу, поняв, что димарский пойдет поздно (он должен был дождаться в Уноре пассажиров из Мердуши), двинули к автобусу. Где он здесь ходит мы так и не поняли, видимо, с другого конца деревни есть асфальт.

Пока мы вот так сидели и ждали меня несколько раз посещало ощущение не очень реальности происходящего – как-будто мы попали лет на 50 назад во времени или даже на 100, настолько здесь было далеко до Москвы с ее толпами снующего, вечно занятого решением насущных вопросов, народа, до других больших и цивилизованых городов. Как сказал нам месяц спустя экскурсовод мценского краеведческого музея, здесь была «непуганая провинция», которой не было дело до того, кого там в Москве выберут на следующих выборах. Здесь – свои заботы и свои разговоры: посадить и убрать картошку, кто сколько банок закатал, кто каких вареньев и разносолов заготовил.

Вскоре появилась знакомая старушка с напоеной чаем гостьей. Старушка уселась по другую сторону стола от дежурной (та все продолжала периодически взывать: «2574!», и иногда те ей отвечали, что продолжают ремонт) и стала всех развлекать своими разговорами, обильно приправляя речь местными диалектизмами (как это сказать по-рюсски?) и всем хорошо известными русскими словами. Особенно нам понравилась история о том, как она послала своего мужика ремонтировать печную трубу. В трубе были щели, и он должен был их замазать раствором.
– Вылезает он оттуда – грязный, как черт. Я ему и говорю – чего ж ты сделал-то! Ты ж ничего не замазал. Пришлось самой лезть. Смотрю – огромные такие щели. Ну я их и замазала. Пока вылезала – вся перепачкалась.

Подошел димарский, в нашу комнату ввалились пассажиры, мучимые жаждой и за считаные минуты осушили целое ведро с водой. Прошло еще с полчаса и наконец на очередной призыв дежурной 2574й отозвался, что они уже на 12, затем на 7 километре. Народ заторопился и засобирался, мы вышли на улицу. Подморозило. Димарский терпеливо ждал поломавшегося коллегу, хотя время было уже за 9 – он явно отставал от расписания.

Из-за правого поворота засветила фара долгожданного тепловоза. Странно – воодушевился весь присутствующий народ, хотя ехать должны были мы и еще трое местных. По слухам, где-то в лесу тепловоз должен был отцепиться и в кабине отвезти пассажиров на Лесомашинный, а затем вернуться за вагоном и дотянуть его до Тупика. Единственный вагон несколько отличался от нашего классного – здесь было похолоднее, и скамейки стояли вдоль стен, а не поперек, как в димарском (хотя там с поперечными скамьями был только первый вагон, а второй – холодный – был с такими же вдольстенными сидушками). Мы сразу же уселись рядом с печкой, а остальные пассажиры – на противоположной стороне. Проводница всех обилетила (билеты здесь несколько отличаются от «магистральных») и ушла в кабину (там, видимо, теплее). Жаль, что стемнело – ничего не будет видно в окна. Оказалось не совсем так – тепловозный прожектор на ходу выхватывал куски темного леса. При движении на юг мы пересекли границу хвойных лесов – сосна сменилась березой с примесью осины, местность чуть понизилась – появились болотистые проплешины. На глухом лесном разъезде, вопреки ожиданиям, тепловоз не стал отцепляться, а повез нас с собой. Лесомашинный оказался совсем гиблым местом – никаких дорог кроме узкоколейного тупика, вокруг – сплошной лес. Мы даже домов не смогли рассмотреть. Обратно машинисты даже не стали перецепляться – всю дорогу до разъезда толкали вагон впереди тепловоза.

Около 11 вечера мы прибыли в Тупик. Вылезли из вагона (морозно), узнали у машинистов дорогу на Мердушь, запаковались потеплее и двинули на юг. Карта слегка отстала от жизни – из Мердуши сделана отсыпка и существует грейдер (обозначена как грунотовая). Итак, до Мердуши, по разным данным, 9-12 км, и до Ермиши еще около 10 – как раз к утру будем.

Начало было довольно бодрым – вокруг жилье, пусть без света, но все равно ощущается присутствие людей. Да и пришлось ускориться дабы согреться.Выйдя же из деревни, мы почти сразу попали в следующую, и, только пройдя ее, мы вошли в настоящий лес. Тут же в голову полезли всякие мысли о волках (хотя страшнее были бы бродячие собаки), медведях (которых тут вообще быть не должно), леших и прочей нечисти. В общем, слегка пострашнело. К счастью, ночь была морозной, лежал снег, светили звезды, словом, было достаточно светло, чтобы видеть дорогу и окрестности.

К полуночи мы заметили вдалеке свет фар. Это же первая и, видимо, единственная машина на этой дороге сегодняшней ночью! Повеселело. При ближайшем рассмотрении оказалось, что фары принадлежат лесовозному ЗИЛу, непонятным образом съехавшему с полным грузом леса в огромную яму рядом с дорогой. Водитель в одиночку был практически бессилен: передняя пара колес крутилась в воздухе, а назад он сдать не мог, поскольку дрова скатились и упирались задним концом в землю, а передним лежали на опоре. Мы вышли в свет фар и постояли немного, понаблюдав за тщетными усилиями драйвера. Наконец, ему надоело гробить движок, и он вылез к нам, при этом из глубины кабины был слышен женский голос.
– Вы куда? – (никаих приветсвий)
– В Мердушь.
– Попика там знаете?
– Не, никого там не знаем, – (хе, запахло впиской…)
– Ну, там, вот клуб знаете? Вот не доходя три дома до автобусной остановки, – и дальше началось длинное и путаное объяснение, как найти нужный дом. – Там еще рядом с домом здоровая поленица дров, а напротив – груженый стопятидесятый (кто это такой мы не поняли, но переспрашивать не стали – ЗИЛ, наверное).
– Ну в общем, мы поняли, на месте разберемся.
– Скажите там, что Лешка застрял, пусть приезжают.
– Хорошо, все скажем. Ну, пока.

День третий

Все это случилось на полдороге к Мердуши. Примерно через час мы увидели первые мердушинские дома. Однако, поплутав немного по спящей деревне, мы поняли, что заблудились. Пришлось искать хоть какое-нибудь светящееся окно. На нашу удачу, таковое нашлось и мы постучали. В окне кто-то появился и сразу исчез. Через некоторое время послышались шаги и открылась калитка. Перед нами стоял мужик лет 35, который почему-то говорил шепотом:
– Чего?
– Нам бы клуб или автобусную остановку.
– Вот смотри: это туда (взмах рукой), потом правее, выйдешь к церкви – это и есть клуб, за ним – остановка.
– А там, за три дома до клуба груженый 150й стоит – не знаете?
– Не, не видал.
– Ну и на том спасибо!
Мы двинули в указаном направлении. Вскоре действительно показалась церковь и справа от нее – автобусная остановка. В неверном свете редких фонарей деревня казалась совсем нереальной – нас окружали пустые темные холодные дома, на улице мы лишь однажды встретили живое существо – серая тень шмыгнула мимо нас. Неудивительно – время было час ночи.

Отсчитали три дома от остановки. Хотя дров рядом с домом не было и напротив не было никакого 150го, а вместо него стоял К-700 aka «Кировец», но внутри горел свет и это было главное. Мы постучали. Очень нескоро из-за ворот послышался молодой нетрезвый голос:
– Чего?!
– Лешка – ваш?
Удивление, видимо, было так велико, что даже открылась калитка.
– Наш…
– Он в лесу застрял, километрах в пяти отсюда в сторону Тупика.
В ответ мы услышали пачку отборного мата.
– И чего его туда понесло… Ладно, а вы куда?
– В Ермишь.
– !!! Это ж 10 км!
– Так мы из Тупика вроде как уже 10 прошли
– Ну, а дальше?
– Вообще-то мы в Сасово.
– Ого! Хотите – здесь ночуйте, только завтра очень рано мы вас разбудим – в 6 утра поедем в Сасово и вас с собой возьмем.
Вот это было настоящей удачей – вторая теплая ночевка из двух возможных!
– Ну, если мы никого не стесним…
– Да ерунда, я, правда, здесь не хозяин, но все равно заходите.

Пригнувшись, мы прошли в калитку, потом в сени и, наконец, попали в первую комнату. Помещение было практически пустым, на кровати кто-то спал, у окна спиной к нам кто-то копался с магнитофоном. Ноль эмоций.
– Вась, я тут путешественников привел, пусть переночуют здесь.
– Да пускай ночуют, здесь кто только не ночует, - не поворачивая головы.
– Лешка застрял.
– Да и черт с ним.
Последовал короткий разговор, из которго мы поняли, что с магнитофоном копается настоящий хозяин дома, в доме происходит тусовка деревенских и одновременно здесь живет бригада лесовозов. Кроме магнитофона на столе стояла бадья самосада. Судя по звукам во второй комнате тоже кто-то спал. Молодой, открывший нам, решил потрепаться за жизнь:
– Ну, будем знакомы. Я – Димка.
Мы познакомились.
– А я тут тоже путешествовал. Ходил пешком из Рязани в Шацк.
– Это как?!!
– Вез я как-то приятелю гитару в Криушу. В Рязани на приокском автовокзале зашел в кафешку (а в этой кафешке как раз два месяца назад мы с Аленкой зависали), остограмился, закусил сосиской. Хорошо!.. Взял еще водки. Короче, пока своего автобуса дождался – стало мне совсем хорошо. Сажусь в автобус, а где приятель живет – не знаю. Приехал, походил по Криуше, спросил девчонок каких-то, они тоже не знают. Вечереет уже, поехал я с гитарой обратно. Возвращаюсь в Рязань и думаю – как до Шацка добраться. Пошел пешком (!!!). Иду… Дома кончились, потом опять начались, опять кончились и опять начались. Замерз как собака, еще и гитару тащить. Зашел в один подъезд погреться. В подъезде три этажа, сел я на подоконник между вторым и третьим. Сижу. Вдруг открывается дверь на третьем, оттуда высовывается удивленная женская голова:
– Ты чего?
– Сижу.
– Зачем?
– Замерз.
– А чего замерз?
– Шел долго.
– Куда?
– В Шацк.
– Куда-а-а-а?!!
– В Шацк.
– А здесь чего?
– Греюсь.
– Зачем?
– Замерз.
– А чего замерз?
– Шел долго.
Долго мы так с ней разговаривали, она ничего не понимала, я тоже не понимал, какого рожна она не понимает. Наконец, на лестнице показался нехилый такой мужик типа шкафа два на два. Увидел меня, жену и спрашивает:
– Это здесь чего?
– Вот, – говорит жена или подруга его. – в Шацк идет.
– А здесь чего?
– Греется.
– Ааа… Ну, пошли со мной.
– Вась, ты куда его?
– Да не боись, ща, я его провожу… до Шацка.
Ноги у меня потихоньку подкашиваются, на дворе ночь, место глухое. Беру я гитару наперевес и думаю – если чего, как лучше бить. Тем временем мужик меня выводит из подъезда, ведет в какие-то гаражи, открывает один и говорит: «Заходи». Я захожу, а там – полно народу, молодежь сидит на топчанах, курит, выпивает. Мне сразу суют полный стакан:
– Пей!
Я выпил. Суют второй.
– Ааа… закусить?
– Ты – русский?
– Русский.
– Пей.
Я и выпил. И стало мне совсем хорошо. Присел я и стал вокруг смотреть. Тут один парень своей девчонке как засветит промеж глаз – та аж отлетела. Та-ак, думаю, пора сваливать. Гитару подмышку и – к дверям. Девчонка встает и ко мне:
– Стой!
– Стою.
– Он меня при тебе ударил?
– Ну?
Тут она разворачвается и этому парню светит так же промеж глаз.
– Теперь иди.
Выхожу я…

А вот конец истории нам так и не удалось дослушать – в этот момент за окном послышался грохот подъезжающего Запорожца. Из горбатого посыпался народ в количестве не менее восьми человек, и вся эта орава завалилась в дом. Димка сразу все обрадовал новостями:
– Лешка в лесу застрял. У нас вот путешественники ночуют.
Начались разборки – все хотели выяснить, где застрял Лешка и почему. Слышались удивленные возгласы:
– И какого его в лес понесло?! Привел бы Клавку сюда – здесь сухо, тепло, мягко. Нет, блин, романтики ему захотелось!
– Ага, с рулевым управлением видать не справился!
Последовал дружный гогот. Потрепавшись так, стали решать, что с ним делать. Поначалу хотели оставить Лешку ночевать в лесу. Потом пытались расрутить драйвера кировца запустить свой агрегат, тот – ни в какую:
– Да вы че?! Я ж его уже разморозил. Не, вот если завтра.
Порешили поехать на Запоре посмотреть что и как.

Тем временем один из новоприбывших (звали его Сашкой и был он весьма нетрезв) приставал к нам с вопросами типа откуда и куда мы идем. Поначалу мы пытались отшутиться, однако Александр напирал, мы в тон ему отвечали, однако ответы приводили его в такой трепет и замешательство, что, пытаясь разобраться в ситуации, он задавал все новые вопросы, ответы на которые запутывали его еще больше.
– Это вы идете ночью из Тупика в Мердушь?
– Ага. Тока в Ермишь.
– Зачем?!
– Гуляем.
– А вы откуда?
– С Москвы.
– Это где ж Москва, где Тупик и где Ермишь?!!
– Ну, мы вообще-то в Сасово…
Тут Саше стало совсем нехорошо. Периодически теряя дар речи, он понес совершенно неудобоваримые вещи, начиная от обвинений меня в наркомании и заканчивая криками о том, что теперь он не удивится, если сюда прилетят космонавты. Во время этих причитаний было окончательно решено, что надо ехать к Лешке, мы описали примерно место, где он сидит, и я вышел помочь толкнуть Запорожец. Вернувшись, я обнаружил Сашу уже слегка поуспокоившимся. Он провел нас в соседнюю комнату, показал на кровать и сказал:
– Вот. Спите здесь, а если вас кто тронет – только скажите мне.
Мы порадовались, что кровать стоит рядом с печкой, покидали шмотники на какой-то сундук в углу и завалились спать.

Спал я без задних ног – слишком тяжелый был день вчера. Ни свет ни заря (как и было обещано) нас разбудил Димка:
– Вы извините, нам надо Лешку вытаскивать, так что отвезти вас не сможем. Да здесь автобус ходит, через час как раз пойдет.
Мы встали, кое-как привели себя в порядок, вышли в большую комнату. Здесь работа просто кипела – кипятилась вода в ведре огромным кипятильником. Бригадир лесовозов, отнеся очередное ведро на улицу и пролив очередной раз Кировец завалился на табуретку и радостно рассказывал:
– О, как здорово, в этот раз всего три с половиной ведра ушло! А в прошлый-то – целых четыре!
Так мы посидели немного, напились холодной воды из стоящего у стены ведра, поговорили со всеми, оделись и попрощались. Выйдя на улицу мы единогласно решили, что сегодня – отличный день. Погода стояла на редкость тихая. Было морозно, воздух был кристально чист и дышалось очень легко. Над Мердушью свечками стояли дымы топящихся поутру печей. Выяснив у местной населенки, что по выходным автобусов вообще не бывает, мы двинули на юг – в Ермишь. Дорога была на редкость легка. Примерно на полпути мы взяли КамАЗ, где, кроме водителя, уже был пассажир, точнее пассажирка. Драйвера это не смутило, он взял нас с двумя немаленькими рюкзаками и добросил до центра Ермиши. Здесь оказалось, что автобус на Сасово был в 5.45 (т.е. примерно два часа нам надо было бы его ждать, если бы не получилось со впиской) и еще один в 9.00 (час назад). Следующий будет только в 16.00. Ждать его не хотелось и мы пошли на трассу.

По дороге обнаружилась площадь с самым настоящим самолетом Л-410 в качестве памятника на одном ее конце и магазином – на другом. Магазин оказался очень кстати – пора было подкрепиться. Зайдя, мы поначалу накупили всякой мелочи вроде чипсов и шоколада, и уже на выходе мне пришла в голову свежая идея:
– А чай у вас есть? В смысле – кипяток?
– Есть.
– Не могли бы Вы вскипятить нам чайник воды?
– Могла бы.
Обрадованные, мы скинули шмотники и стали распаковываться. Вскипел чайник, мы развели кучу бич-пакетов прямо в мисках и насладились вкусным завтраком. Остаток воды мы использовали для чая. Забавно было наблюдать лица входящих покупателей, натыкавшихся на наш караван-сарай.

Основательно подкрепившись, мы махнули к выезду из поселка. По дороге встретился нам столб с указателем «Аэродром» и стрелкой направо. Жаль, но сущности его мы так и не выяснили.

На выезде из Ермиши по правой стороне расположилась заправка. У выезда с нее мы и решили обосноваться. Трафик был небольшой, но устойчивый и минут через 20-30 мы уже сиделе на задней сидушке «Козла», направлявшегося в одну из деревень Ермишского района. Километров через 15 мы снова на трассе. Пройдя чуть, чтобы захватить потоки локала с правого и левого примыканий в сторону Сасово, мы сбросили надоевшие рюкзаки, потому как граница окраинного (по отношению к всей Рязанской области) района Þ трафик стремится к нулюÞ виснуть нам предстояло немало. Так и вышло. За 40 минут прошло несколько легковух, не взявших нас, но нам было весело, погода была морозная, но ясная, впереди еще целый день в пути и неберущие драйвера не смогли нам испортить отличного настроения. В конце концов нам остановился немного странный ГАЗ-66, как бы полукунг. Узнав, что нам в Сасово, драйвер начал выяснять, а куда конкретно, на что мы ответили «на вокзал». Попытки заработать на нас были решительно пресечены возражением, что, мол, как можно, мы же автостопом.

И вот мы уже сидим в задней кабине (кунге), машина летит (если можно так выразиться по отношению к обледенелой заснеженой дороге) в сторону Сасово, мы пытаемся рассмотреть в замерзшее окно пролетающие мимо пейзажи. Ориентир на полдороге – деревня с экзотическим названием Мыс Доброй Надежды и поворот на Липовку. И вот – Сасово. Ввиду весьма вольного характера нашего перемещения драйвер на вокзал нас не повез, а высадил где-то в районе центра. Повыясняв дорогу, вскоре мы прибыли на вокзал, и вовремя – только успели скатать пригородное расписание, как подоспела наша электричка. По дороге до Рязани стемнело. Собака наша оказалась не простая – в Рязани, предчувствуя нечто необычное, мы не стали покидать вагон вместе с толпой пассажиров, а даже переместились на более теплые скамейки. И оказались правы – наш электропоезд, шедший от самой Кустаревки, постояв некоторое время в Рязани, загрузился пассажирами и отправился дальше – до Голутвина, что было для нас зело полезно.

Ну, а дальше все просто – в Коломне нам заленивилось ждать почти 40 минут московской собаки, и мы махнули на площадь в надежде на недавнозапущенный автобус 460го маршрута. Места были все уже заняты, рейс последний, но мы не теряли надежды и были вознаграждены – погрузив шмотники в багажник автобуса и заплатив по 16 рублей с носа мы мирно задремали на задней сидушке. Полтора часа – и мы в Москве.
©Волчонок Дэн, писано январь-февраль 2000 года

Взято...... http://gl.itgo.com/others/vyksa.htm

[Антон777]

это статья из узкоколеечного сайта ПАРОВОЗА ИС! Давно читал её там... Интересно путешествуют москвичи: главное знают где и как!

[d@n]

Кто рано встает - тот далеко от работы живет.

Надпись в туалете: главное не добежать, а донести.

Ревность - подозрение, что изменяешь не только ты, но и тебе.

Вот что плохо в питье водки с утра - трудно будет провести день разнообразно.

Живу лишь тем, что вынес с презентаций.

Лишь вдоволь позанимавшись сексом, ВРЕМЕННО понимаешь, что это - не главное.

Сколько мусорное ведро ни утрамбовывай - выносить все равно придется.

Мало кто знает, что если ударить кулаком в стекло, то получится схема московского метрополитена.

Наш девиз непобедим - возбудим и не дадим!!!

Я не грустный, я трезвый.

Лично я вкладываю деньги в водку! Где еще можно получить 40%?

Как быстро летит время: не успел проснуться, а уже опоздал на работу.

Одиночество - это когда ты всегда знаешь, кто насвинячил на кухне.

Обходя разложенные грабли - ты теряешь драгоценный ОПЫТ!!!

Мы слишком редко видимся, чтобы при встрече пить чай.

Переходя через дорогу, смотрите не на светофор, а на машины - светофоры еще никого не сбивали...

Меня выгнали из дома. За непосещаемость...